zara
Опубликовано: 15:04, 15 июнь 2011
Диаспора

Асфар Куек: феномен адыгской диаспоры и ее проблемы

В условиях глобализации, охватывающей экономику и культуру стран нашей планеты, современных социокультурных процессов и меняющейся геополитической картины мира весьма актуальной становится проблема сохранения традиционных ценностей. К сожалению, национальные вопросы, которые требуют более комплексных и качественных решений, зачастую вытесняются из шкалы государственных приоритетов. Вместе с тем будущее полиэтнической России не представляется без богатой и колоритной культуры проживающих на ее территории народов. Таким образом,
Асфар Куек: феномен адыгской диаспоры и ее проблемы
В условиях глобализации, охватывающей экономику и культуру стран нашей планеты, современных социокультурных процессов и меняющейся геополитической картины мира весьма актуальной становится проблема сохранения традиционных ценностей. К сожалению, национальные вопросы, которые требуют более комплексных и качественных решений, зачастую вытесняются из шкалы государственных приоритетов. Вместе с тем будущее полиэтнической России не представляется без богатой и колоритной культуры проживающих на ее территории народов. Таким образом, сохранение этничности выступает фундаментальным механизмом развития государства.

Пятимиллионная адыгская диаспора, представляющая собой одно из многочисленных сообществ более чем в 50 странах мира, на сегодняшний день выступает необычным этнокультурным явлением. Высокая степень этничности без государственности – это уникальный феномен в истории, демонстрируемый прежде всего зарубежной адыгской диаспорой. Вынужденная существовать в других государственных системах, в совершенно замкнутой социальной среде, она смогла не только сохранить традиционную национальную культуру, но и не утерять чувство принадлежности к родной земле. Сегодня адыгская диаспора является своего рода монолитным социальным институтом, занимающим стабильную и уверенную позицию в социально-экономической и общественно-политической жизни других государств. Это особое сообщество, впитавшее в себя передовой опыт жизни зарубежных стран.
Однако до сих пор законодательная практика не смогла определить ни понятийного, ни правового, ни легитимного статуса адыгской диаспоры, а политическая элита – в полной мере осознать ее значимость в решении многих стратегических задач России во внешней политике. Более того, вызывает полное недоумение настороженное и даже уже апатичное отношение к репатриантам, попытки видеть в них некие деструктивные силы, в том числе со стороны отдельных правоохранительных органов, часто рассматривающих их с позиции так называемой "оперативной разработки". Такой подход, конечно, объясним всплеском экстремизма, с которым ранее в таких масштабах Россия не сталкивалась. Однако, с другой стороны, гипотетическое отождествление каждого адыгского соотечественника с какими-то одиозными фигурами свидетельствует не только о ложной подмене понятий, но и в определенной степени о недалеком и некомпетентном понимании адыгского диаспорального феномена.
Отметим очевидный факт, заключающийся в том, что на протяжении столетий адаптация адыгов к социально-историческим реалиям проходила через призму такого явления, как "адыгагъэ" (неписанного свода морально-этическим норм). "Адыгагъэ", являясь формой выражения психологии адыгского этноса, выступало и выступает по сей день этнокультурным признаком, объединяющим всех адыгов, живущих не только в России, но и в различных уголках мира. "Адыгагъэ" смогло встать выше религиозного самосознания, исламской самоидентификации и превратиться в единственный регулятор общественной жизни адыгов. Религия и сегодня в своей конфессиональной форме занимает подчиненное "адыгагъэ" положение. Такое обстоятельство практически исключает возможность проявления религиозного фанатизма у адыгов. Таким образом, исламский фактор никогда не был реальной силой, регулирующей общественное сознание адыгов, в том числе зарубежных.
После русской адыгская диаспора является самой многочисленной. Ее потенциал, к сожалению, не принимался во внимание и не оценивался должным образом в советской и постсоветской исторической практике. Система адыгских этических ценностей, выраженная в "адыгагъэ", также не находила и не находит по сей день определенного места в российской поликультурной системе ввиду стереотипного, тенденциозного мышления, которое рассматривает малые народы как отсталые. Однако сегодня российское и мировое сообщество подошло к гуманистическому этапу своего развития, когда решение большинства проблем видится в сопряжении с общечеловеческими, нравственными ценностями. В этих условиях признание такой нравственно-этической системы, как "адыгагъэ", является объективной необходимостью и способно в определенной мере заполнить тот идеологический, нравственный и моральный вакуум. Который образовался в обществе с момента либеральных преобразований. Практически не имеющий аналогов в мире, адыгский этнокультурный феномен может рассматриваться как кладезь национальной культуры России.
Абсолютно разумным и в то же время беспрецедентным шагом со стороны Правительства Российской Федерации и Республики Адыгея было переселение репатриантов из Югославии, которая в то время была охвачена войной и межэтническими конфликтами. Россия осознала тогда необходимость скорейшего решения вопроса адыгских соотечественников в Югославии. При активной поддержке всего населения Адыгеи был возведен а.Мафэхабль, ставший своего рода гуманитарным приютом для косовцев. Однако на этом, к сожалению, интерес к адыгским репатриантам ослаб.
В настоящее время вопросы поддержки соотечественников отнесены к разряду приоритетов внешнеполитической и внешнеэкономической стратегии Российской Федерации. На связях как с российской, так и с адыгской диаспорой за рубежом негативным образом отражается множество объективных и субъективных факторов, включая фактическое уравнивание в правах на российское гражданство этнических россиян с иными категориями иностранных граждан, высокие государственные пошлины, взимаемые за предоставление въездных виз в Российскую Федерацию, отсутствие отрегулированной федеральной нормативной правовой базы, что негативно сказывается на полноценной адаптации репатриантов в России. Таким образом, решение вопросов соотечественников за рубежом отчасти "замораживается" на федеральном уровне и, как следствие, качественно не продвигается на региональном. Вместе с тем работа с диаспорой номинально считается одним из основных принципов государственной политики России. Так, согласно концепции государственной национальной политики Российской Федерации (см.: Указ Президента Российской Федерации от 15 июня 1996 года № 909), одним из приоритетов признается "защита прав и интересов граждан Российской Федерации за ее пределами, поддержка соотечественников, проживающих в зарубежных странах, в сохранении и развитии родного языка, культуры и национальных традиций, в укреплении их связей с Родиной в соответствии с нормами международного права".
Учитывая изложенное, отмечу, что, во-первых, работу с диаспорой необходимо считать стратегически важной не только для Республики Адыгея, но и для Российской Федерации. Во-вторых, она должна носить системный характер с совершенствованием федеральной законодательной базы в данной части. И в третьих, данная работа должна быть скоординирована в едином государственном органе исполнительной власти федерального уровня с подведомственными ему региональными структурными подразделениями. Средоточие идеологических, общественно-политических и социальных вопросов по работе с диаспорой в одном органе исполнительной власти существенно стимулировало бы деятельность в данном направлении, а также помогло бы комплексно, рационально и качественно их решать. На сегодняшний момент Комитет Республики Адыгея по делам печати, информации и общественно-политическому прогнозированию готов принять в полном объеме полномочия в области связей с соотечественниками и поддержки репатриантов. Думаю, что это значительно усилит работу в данной сфере.
Таким образом, оказание соотечественникам помощи в самореализации, создание инфраструктуры, обеспечивающей эффективную систему культурного, информационного, правового и экономического взаимодействия с зарубежной диаспорой, использование ее потенциала в стратегических интересах России должны стать первоочередными задачами.
Мы находимся в преддверии памятной исторической даты – 140-летия со дня окончания Кавказской войны. Эта война, инспирированная геополитическими амбициями Российской империи, принесла невосполнимую трагедию некогда многомиллионному адыгскому народу с богатым культурным наследием. Но сегодня мы живем в совершенно другое время. Россия вступила на путь демократического развития и нравственного прогресса, когда ценности мира, добра и взаимопонимания приобретают все большую и большую значимость.
И в этот день, отдавая дань памяти и скорбя по всем жертвам той страшной войны, мы осознаем необходимость братского сплочения всех народов нашего многонационального Отечества, необходимость более широкого использования их культурного, духовного, нравственного и интеллектуального потенциала во благо развития и процветания нашей общей Родины – Российской Федерации.

Асфар Куек
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)